Доброго времени суток, странник. Ты попал на молодую и амбициозную ролевую по мотивам манги "Naruto". Администрация проекта предлагает тебе, дорогой друг, погрузиться в удивительный мир ниндзюцу, смертельных поединков и политических интриг. Около ста лет прошло с момента окончания оригинальных событий, а это значит, что вы вольны регистрировать авторских персонажей и строить совершенно новую историю целого мира.

сюда вставлять текст если чо

Сюжет Список ролей Боевая система Акции Правила Новости

Naruto: Point of no Return

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naruto: Point of no Return » Личные эпизоды » Враги ли для нас конкуренты?


Враги ли для нас конкуренты?

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: - Tsubasa
Место, время, погода: - Ивагакуре
Очередность постов: - Тсубаса, затем Тсубаса, а после Тсубаса, ну и последней Тсубаса.
Описание: - Кирисима, бывший патрон Тсубасы скончался при неизвестных обстоятельствах (но мы то все знаем при каких), и теперь она, как и её бордель переходят в руки Минео.

0

2

Место действия: офис Доосинкай. Первая встреча



●●●

Le roi est mort! Vive le roi!


Якудза - благородная профессия, пусть и ступают на этот путь не от хорошей жизни.
- Мне ужасно жаль,  - из глубокого поклона произнёс Нанахару, человек лет 37-40 в строгом и явно дорогом костюме. Такую вещь нельзя было купить в обычном магазине, только заполучить у портного - какого-нибудь невысокого и предприимчивого умельца, чьи услуги доступны ограниченному кругу лиц. Они придут к вам в любое время и по первому звонку, если только вы сможете достать их номер телефона. Быстрыми, но не суетливыми и выверенными движениями снимут мерки. И почему-то вы, даже не догадываясь о причине своего поведения, на прощание лично откроете им дверь, и зачем-то повторите жест во время первой примерки. И так будет каждый раз, когда вам понадобится идеально сидящее пальто, достойное человека вашего статуса, ну или рубашка, в которой не стыдно показаться в определенном обществе.
Кем был Нанахару, что мог позволить себе подобную вещь? Всего лишь правой рукой вакасахиры Доосинкай. Верным и преданным человеком, что неотступно следовал за своим боссом вот уже 18 лет. Выслуга и положение обязывали и потому интеллигентная "оправа" в случае героя сочеталась с невозмутимым выражением лица, развитой грудной клеткой и широкими плечами.  Мужчина производил впечатление. Эдакий Танака-Борщевский-сан, демон-дворецкий и охотник за землёй в одном лице.
Справа от него в той же наклонно-почтительной позе стояла женщина в традиционной одежде. Высокая причёска, яркий макияж, повязанный на определенный манер оби - каждая деталь внешности Тсубасы кричала о роде её занятий. Она явно была профессионалкой, но назвать её шлюхой – ну у кого бы повернулся язык? Ну разве что у Романа, который присутствует в нашей истории исключительно в качестве имени собственного.
- Ну, так что за женщина такая? - сменил тему вакагасахира, повернувшись спиной к людям в комнате. Провинившийся подчинённый с облегчением понял, что сегодня, скорее всего, вернётся домой с полным набором пальцев. Ухватившись за предоставленную возможность перевести разговор в иное русло, Нанахару бодро отрапортовал:
- Держит салон. До прошлой недели находилась в юрисдикции Бокуто. Теперь ходит под вашим началом. Кирисима-сан остался ей доволен: своё дело знает, язык за зубами держать умеет. Босс же как раз такую и искал, верно?
Верно, Минео искал именно такую. Не то чтобы у него не было любовницы. Была, и не одна. Да и цыпочками из розовых и голубых салонов он не брезговал. Но сейчас ему хотелось иного.
- Кирисама остался доволен, говоришь…  - закончив поправлять жалюзи, задумчиво повторил Минео. На последнем слоге он повернулся и посмотрел в упор на кандидатку. Увиденное пришлось ему по вкусу, ведь в следующую минуту глава группировки заявил: Нанахару, пшёл вон.
Есть люди, которым сколько не служи - всё равно не сможешь предугадать их поведение. Нанахару не был готов к такому приказу, а потому замешкался на мгновение: А? А, да, сейчас.
Поспешив сгладить заминку, Борщевский-Танака снова поклонился, и не выпрямившись до конца, поспешно ретировался из офиса начальника.
Как только дверь за ним закрылась, мужчина у окна подался вперёд. От окна до его рабочего стола было примерно 2 метра. От стола до двух вычурных белых кожаных диванов, обращённых друг к другу, - ещё 3 метра. Пройдя всё расстояние, Минео присел на диван, обращённый к выходу, и затушил в пепельнице сигарету. О чём бы он не думал в это время, предмет раздумий не улучшил его настроение.
- Присаживайся, - проговорил он женщине, на которую посмотрел впервые с момента исчезновения из комнаты Нанахару. Та до сих пор находилась в исходном положении. Не шевельнулась, не издала звука. И только после получения разрешения сменить позу плавно опустилась на колени. При этом так и не подняла головы на единственного человека, находившегося в комнате.
- Тц, да не там. Сюда иди, говорю, - голос не выдал сожаления. Его и не было. Какое сожаление и о чём? Группировка Кирисимы перестала существовать. Официально. И всё, что когда-либо принадлежало ему, попало под юрисдикцию Минео. Потому из всех возможных чувств была разве что приятная усталость. Ну и лёгкий интерес: что же было такого в женщине, сидящей напротив него, что Кирисима был ей доволен? Оставалось только узнать это. И для начала можно было обойтись без грубых мер.

***

Место действия: салон Тсубасы. Время: за сутки до встречи Тсу и Минео.

Запах гари наполнил воздух на рассвете. Выскользнув из кровати и спешно накинув халат, Тсубаса выбежала к своим девочкам. Большинство гейш уже собрались в главном жилом холле. Гейко, те что были помладше, толпились возле своих наставниц, словно последние могли защитить их от огня. Все они были одеты кое-как - всё же многие клиенты предпочитают засиживаться допоздна, а потому у некоторых работниц салона буквально час назад закончилась смена.
- Откуда огонь? Что горит? Это мы горим?
Вопросы были адресованы всем сразу. Сейчас не было времени на расшаркивания. Нужны были ответы.
- Мама, горит салон Акими-сан, но горит так сильно, что пламя может перекинуться и на нас. Мама, что нам делать?
Что нам делать-что нам делать - самые страшные слова для женщины. Это значит - всё. Это значит, стряслась беда. Настоящая. Такая, что заставляет отбросить гордость, забыть о принципах и попросить помощи. Такого содействия, при котором ты сам более за себя не отвечаешь. Просто слепо полагаешься на того, у кого паника не заглушила способность рационально мыслить - умение, без которого не получится изыскать меры по выходу из кризиса.
И способ должна найти именно ты. Та, к кому обращены слова.
Обязана взять ситуацию под свой контроль, немедленно узреть свет в конце туннеля и увести  за собой остальных. Тех, кто отказался от самостоятельности. А почему именно ты? Если ты - хозяйка салона, то решать более некому. Если есть кому решать за тебя, как выйти из кризиса - ты плохая хозяйка. Расклад прост.
Положив руку на плечо гейши, выступившей в роли информатора, Тсу обратилась к слушателям. Успокаивающий жест в сочетании с увещевающим голосом и отчаянным положением привели к тому, что самые отчаянные паникёрши замерли на месте и постарались уловить смысл слов мамы.
- Вы слышали: наш дом находится в отчаянном положении. Ждать помощи со стороны некогда, нужно самостоятельно решать проблему.
Наставницы, я даю вам 10 минут. За это время вы должны разбудить и вывести из здания всех гейш, которым ещё не исполнилось 13 лет. Проследите, чтобы ни одна живая душа не осталась внутри.
Гейко... Те гейко, которым уже исполнилось 13, вы обязаны собрать всю непромокаемую тару во внутреннем дворе, и остаться там. Я приду к вам и выдам дальнейшие распоряжения. На всё про всё у вас есть 10 минут, поторопитесь.

По кучкам работниц прошлась волна реакции на слова мамы. Одни устремились обратно в жилые комнаты. Другие стали курировать своих подопечных: нужно было распределить, кто и куда пойдёт искать сосуды. Сама же хозяйка салона, подозвав к себе ещё 2 девочек помимо той, на плече которой покоилась её рука, направилась к себе в будуар. Гейши последовали за ней.
Вместе женщины  распороли несколько комплектов постельного белья и пропитали полученные тряпицы водой. Повязав себе лицо, служительницы салона сложили импровизированные маски и поспешили во внутренний двор. Там они раздали защитные платки остальным гейшам и приступили к решению проблемы.

0

3

***

А за окном всё шумят тополя:
Нет на земле твоего короля.

 

Через несколько часов прибыла пожарная служба. Потоптавшись по пепелищу, они залили чёрные огрызки, некогда бывшие частью популярного салона гейш, пеной, а затем уступили место полиции. Тсубасе и некоторым её девочкам были заданы вопросы, после чего их, грязных от копоти и уставших, отпустили домой. Благо, дом женщины отстоять своими силами смогли. А ещё через час у героини дошли руки до утренней газеты, где было рассказано о смерти главаря крупной группировки якудза, промышлявшей в Камне. Тело Кирисима-сана из горной реки выловили жители Ивагакуре. Мужчины просто рыбачили.
Она знала, что они придут. Ждала их, когда мазала ожоги девочек. Готовилась к встрече с ними, пока отдавала распоряжения на вечер. Прокручивала в голове возможные сценарии развития событий, пока отбирала лучших гейш. Только они сегодня будут находиться в рабочих залах. Остальным гейко приказали сидеть тихо и не выходить из своих комнат. Покинуть их они могли только при одном условии: если дальнейшее пребывание внутри салона стало бы сопряжено с рисками для жизни. Тогда они смогли бы воспользоваться потайными ходами, сделанными предыдущим патроном Тсубасы как раз для подобных случаев.

И они пришли. Четверо мужчин вошли в на удивление пустой салон, словно и не происходило дело вечером выходного дня. Мама встретила их лично. Не из идеи, что её поступок может что-то изменить.  Просто хотела подчеркнуть статус "гостей" заведения. Так было правильно, если верить этикету.
Пусть сердце каждой девушки сжималось от страха, но остальным телом они управляли так, что никто в здравом уме и помыслить не мог об истинном их психоэмоциональном состоянии. Выдержка у них, лучших представительниц ремесла, тренированных с малых лет, была не хуже, чем у заправских шиноби.
Когда же мужчина заговорил с мамой, заговорил настолько тихо, что ни одна другая гейко ничего не расслышала, внутреннее напряжение женщин достигло предела. Но тут же пошло на спад, так как  Тсубаса после непродолжительного разговора жестом приказала обслужить клиентов и удалилась с одном из пришедших в комнату для вип-гостей. По крайней мере, мама осталась жива, и никто не обидел её ни словом, ни делом - хоть маленькая, но всё же надежда расцвела в груди гейш, когда они увидели это.

***

Место действия: отдельная комната в салоне Тсубасы. Время: за несколько часов до первой встречи с Минео.


- Мама Акеми-чан была занятой женщиной, а это до добра не доводит. Устала, замоталась, забыла повязать волосы прежде чем наклониться над плитой - и всё. Искра попала на её чудесный чёрные волосы. Густые и прекрасные, прямо как у вас, мама Тсубаса, - пропустив прядь волос сквозь пальцы, проговорил мужчина, - И они тут же загорелись - какая потеря для всех нас, просто невосполнимая утрата.
Бедняжка, она металась по кухне, надеясь потушить огонь, но абсолютно забыла об осторожности: вылила себе на голову и одежду саке, а затем добавила духов. Видимо, хотела заглушить запах от уже-полностью-сожжённых-волос. Какая неосмотрительность с её стороны, правда? - ответ мужчине явно не требовался - Просто ужасная, непростительная ошибка. Пламя тут же занялось ещё сильнее.
И тогда, потеряв рассудок от боли, мама Акеми-чан на ощупь - её глаза к этому моменту, изумительно красивые глазки, уже лопнули и вытекли из глазниц, а после и вовсе запеклись на умасленных маслами бархатных щёчках - отправилась за помощью.
Она была стойкой и сильной женщиной, наша Акеми-чан, потому не остановилась даже после того, как потеряла руку. Знаете, иногда так бывает с  занятыми и деловыми людьми - им некогда обращать внимание на мелочи. К несчастью, её правая рука попала в прачечную, а левая - как вы это называете... забавное такое слово.... вспомнил, она попала в бу-ду-ар!
-  ничего забавного Тсу не видела, но её лицевые мышцы растягивались в понимающей и лебезящей улыбке.  - Из-за её неаккуратности здание и сгорело так быстро, но, слава богам, Акеми-чан об этом не узнала: её сердце и голову полиция так и не нашла...
Выдержав положенную театральным каноном паузу, мужчина продолжил: Не суди меня строго, мама Тсубаса, я обычный романтик. И мне всё кажется, что рано или поздно, но нам всё же улыбнётся удача: мы обязательно с вами найдём голову и сердце бедной Акеми-чан. И, знаете, я более чем уверен, что только от вас зависит, да-да, именно от вас, как скоро вы окажетесь рядом с головой милейшей мамы Акеми.

Я знаю, к чему этот разговор, но мне так хочется вырвать свои волосы из твоих рук, воткнуть в твои мерзкие пальцы нож для масла и спросить, зачем же ты мне всё это рассказываешь. Мне не нужен ответ, мне нужно только задать вопрос... но я не готова  расплатиться за подобную возможность своей жизнью.
Я знаю, что это ты убил Акеми. Никогда к ней не питала горячих чувств, она была моей конкуренткой, но никак не подругой или наперсницей. Но её смерть сблизила нас так, словно при жизни мы были единоутробными близнецами. И вот я сижу и слушаю твой рассказ о её кончине-моей перспективе.
Я знаю, что это ты убил Кирисиму. Последние 2 года он мне был патроном, до этого на протяжении 10 лет просто крышевал мой салон. И сейчас мне не остаётся ничего иного, как сидеть и ублажать убийцу моего данна - человека, которого я любила.
Сейчас я предложу и налью тебе саке - лучшего саке, которое когда-либо видело моё заведение. А потом, возможно, ты изнасилуешь меня. Или всё будет в обратном порядке - сначала секс, а потом саке. Мелочи. Это всё только мелочи... Лишь бы ты не сжёг салон, всё остальное - мелочи.

- Вы слишком высоко меня ставите, Нанахару-сама. Перед вами всего лишь слабая женщина, что держит маленький салон... Ещё саке? - ответила Тсубаса, про себя отметив: Видите, я прекрасно могу держать себя в руках. Смотрите, смотрите все. Ценник на моём теле висит не просто так. Хотите, я отсосу врагу своему? Или же предпочитаете, чтобы я вылила вино на пальцы его ног и слизала все капельки? О, или мне стоит поцеловать его руку? Ту самую руку, которой он убил моего любовника? Я могу всё это и даже больше. Я сделаю всё это, ведь свою жизнь и салон и ставлю превыше своей чести и жизни любимого мужчины.

Жестом отказавшись от саке, мужчина произнёс: Люди Минео-сана умеют хорошо заботиться о слабых женщинах... Вы же не справляетесь, мама Тсубаса. Я здесь исключительно ради вас.
Пальцы его правой руки, до того сжимавшие только сигарету, оказались сначала на ноге Тсу, а затем передвинулись ближе к запаху кимоно. Пепел с кончика сигареты упал на ногу женщины, но она не опустила взгляда: небольшой ожог - не самое страшное, что обещал ей вечер с одним из "людей Минео, умеющими хорошо заботиться о слабых женщинах".

- Слышали ли вы о Минео- сане? - продолжил речь Нанахару, но стал вдруг как-то серьёзнее. Словно бы разговор о начальнике по определению требовал иного подхода. И даже рука мужчины внезапно снова вернулась на "нейтральную" территорию: теперь она просто поглаживала ногу собеседницы.

- Иногда в газетах и новост.. - Тсу не делала вид, что не понимает, куда клонит Нана. Она действительно сказала то, о чём думала. Кто ж виноват, что в голове у женщины крутились мысли о газетах. И новостях в этих самых утренних газетах.

- Да не то. Кирисима тебе что-то рассказывал о Минео-сане? - перебил мужчина свою собеседницу.

- Он - вакагасахира Доосинкай, что состоит в юрисдикции Синсейкай, - заученным текстом оттарабанила женщина. Слова и формулировки -  безопасные формулировки, за которыми не стояло ничего помимо фактов, которые хоть и были доступны не всем, но всё же не представляли ценности - явно ей не принадлежали. Значит, она знала больше, чем говорила. Значит, слухи были правдивы: Тсубаса и правда была женщиной Кирисимы - а это уже было интересно. И не просто принадлежала. Как бы ни была широка дырка этой бабы, но Кирисима с ней делился информацией. Он с ней разговаривал и даже обучил её, как нужно отвечать. И она смогла ответить правильно...

Жаль, что мы не вышли на неё раньше, - с тоской подумал Нанахару, поглаживая превосходного качества шёлк кимоно, - Она лучше той, другой.

Та, другая - одна из 3 женщин бывшего "короля" Кирисимы - была схвачена людьми Доосинкай сразу, как только он подался в бега, почувствовав, насколько скверно обстоят дела.

Её глаза... А взгляд-то хорош. - мысленно добавил мужчина, вспоминая выражение глаз Тсубасы, когда он рассказывал о смерти Акеми. Пусть гейша и умела контролировать собственное тело, да только глаза выдавали её. Её зрачки, то расширяющиеся, то сужающие в зависимости от испытываемых чувств зрачки - эта игра была за пределами того, чем могла управлять женщина.

- Знаете, мама Тсубаса, вы мне нравитесь. Повторюсь, я здесь только потому, что вы не справляетесь... И я хочу помочь вам. - между первой частью монолога и второй прошло не менее 10 секунд.

- Завтра в 10 часов утра за вами заедут. Будьте готовы к тому, чтобы лично предстать перед Минео-саном, - вставая и поправляя галстук в отражении зеркал, которыми была отделана комната, произнёс мужчина - И ради вашего же благополучия, постарайтесь подготовиться к встрече лучше, чем сегодня, - добавил он напоследок, выходя из помещения.

0

4

Место действия: вип-комната в салоне Тсу. Время: сразу же после ухода Нанахару.

***

У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить.

Подготовиться лучше?

У меня сегодня много дела. Девочек пораньше отпущу, сяду у окна, возьму в руки тяжёлые бусы - всё, что мне осталось от него - и начну готовиться. Так иногда бывает. Случается, что 12 лет умещаются на нитке бус, и ничего другого - ничего вещественного - от 12 лет не остаётся. И это хорошо. Это правильно. Что стало бы со мной, будь у меня ещё что-нибудь от него? А так... а так я всегда  смогу распустить бусы и нанизать на нить что-то другое, что-то чужое - то, что поможет мне "подготовиться лучше". 

Откуда такие настроения? Что, собственно, случилось? Ровным счётом ничего. Король умер... Король умер? Ну тогда: да здравствует новый король! Видите, как всё просто? Незаменимых не существует. Даже главная фигура на доске стоит чего-либо ровным счётом до тех пор, пока у неё остаются пешки, готовые встать на пути неприятеля и тем самым отсрочить момент падения дома.

Кто есть ты в этой игре? Тебе отведена самая что ни на есть незначительная партия, и не тебе вдвигать себя на роль пешки. Ты просто вещь. Яркая безделушка, что принадлежала тому, кто мог ходить не дальше, чем на один шажок вперёд. И он мог, мог ходить - мог, но более не может. Партия закончилась, но это значит только одно: начнётся другая. И на поле снова появится король, ведь свято место пусто не бывает. Да только ты - мелочь, что выпала из рукава предыдущего короля - вряд ли сможешь снова столь же уютно и хорошо устроиться.

Устроиться - мерзкое словечко. Ну осудите меня, давайте. Осудите, мне это нужно. Хочу, чтобы меня осудили за моё желание жить. Я согрешила, отец мой, ну или что там говорят по телевизору. Я решила, что жить первей, чем любить и оставаться верной, хранить память и смотреть, как уроды жгут мой дом. Растопчите меня, ударьте, унизьте. Я хочу быть наказана за то, что собираюсь сделать. Я хочу понести наказание за предательство, но за предательство не человека, а памяти. За попытку предательства - и вряд ли эта моя попытка будет удачной, чего уж там.

Прикормить нового патрона - глупая надежда, особенно когда её питает старуха вроде меня. Моя попытка соблазнить и пристроиться будет слишком очевидна, а потому вызовет отвращение. Оно в свою очередь перерастёт в брезгливость или ярость. Что он сделает, когда испытает одно из этих чувств? Убьёт меня на месте, отдаст "на заботу" своим людям или сочтёт слишком отвратительной и не представляющей ни малейшего интереса?

Я не знаю... Кажется, я что-то забыла. Кажется, это "что-то" было очень важным. Кажется, он говорил мне, что я должна буду сделать, если его убьют...

Нужно встать и проверить девочек: кто знает, что с ними сделали эти уроды.

Нужно идти вперёд, даже когда за окном шумят тополя.

Отредактировано Tsubasa (2017-12-20 14:04:26)

0

5

Флешбек обо всём и ни о чём

***

Когда Тсубаса впервые встретила Кирисиму, он был истинным якудза. При взгляде на него стыла кровь. Избавленный от необходимости оправдывать и приукрашивать собственные поступки, он одновременно внушал страх, трепет и уважение.

Мужчина уже тогда имел собственную группировку, и это в 27 лет - неплохо, правда? Поговаривали, что он был любимчиком кумитё. Действующий в то время оябун частенько навещал офис Кирисимы. Их можно было вместе увидеть в общественных заведениях и на сходках. Что не говори, а в расцвете сил бывший данна Тсубасы играл не последнюю роль.

С первой же встречи они почувствовали притяжение друг к другу. Это люди и зовут судьбой

На одной из сходок герои и познакомились. Тогда ещё молодая, но уже весьма опытная гейша, Тсу была выбрана в качестве обслуги на вечер, приуроченный к освобождению из тюрьмы вакагасахиры второй по численности дочерней организации действующего в то время кумитё. Иными словами, откинувшийся приходился Кирисиме названным братом, потому он не только пришёл отпраздновать событие, но даже опосредованно участвовал в организации мероприятия. Как именно? Например, поручил своим людям найти для вечера хорошеньких девочек.

Не проституток, нет. У нанятых профессионалок была абсолютна иная роль. Им следовало угождать аники и оядзи, собравшихся лично поприветствовать вернувшегося с зоны ганстера. Но угождать не в плане сексуально удовлетворять - мы всё же не о трущобных низах говорим, а ведём речь о собрании представителей крупного клана якудза, а потому празднование не должно было скатиться в оргию. Ну, на официальном уровне точно нет. Угождать в данном случае означало ухаживать и развлекать.

Как бы там ни было, но ответственный за подбор персонала человек рассудил, что столь значимое событие можно и нужно отметить с размахом. Потому вместо обычной прислуги гостей встречали и провожали гейши. А что было дальше понять несложно. Да, именно Тсубасе выпал случай прислуживать Кирисиме. Таким нехитрым способом он и узнал, что на его территории действует салон Тсу. А узнав, стал изредка заглядывать в него. И через каких-то 10 лет, уже утратив былое величие, якудза стал героине не просто крышей, но и патроном. Как ни крути, а свою привязанность к женщине мужчины могут выражать только одним способом.

Он смотрел на неё иначе. Не как те, другие клиенты и патроны

А наша героиня и не возражала. С каждым днём ей всё сложнее было вести борьбу за молодость. Клиенты уже не сражались за право стать её данна. Вокруг было полно молодых и перспективных майко, которые обещали в скором времени расцвести и затмить собой луну и солнце. Как не оказаться на задворках, если тебе дышат в спину все, кому не лень? Нужно найти того, кто тебя не покинет. Ну или того, кто долгое время не покидал.

Под последнее описание Кирисима подходил, как никто другой. И потому на 10 году их знакомства Тсу решилась сыграть на его к ней чувстве привязанности. Вылилось это в двухгодичный удобный обеим сторонам, скажем так, союз. Ничего существенно не поменялось, разве что статус мамы и обязательства. Отныне женщина не могла изменить. Не имела на то права, да и желания у неё особого не было. Ни к чему ей это было, ведь постоянный патрон давал ей больше, чем любой залётный клиент.

Любила ли она своего данна? А что есть любовь? За 12 лет Тсубаса успела испытать к Кирисиме всю гамму чувств. Сначала она его боялась, затем начала больше боготворить, чем бояться. В какой-то момент страх стал неотличим от удовольствия. Давление статуса положенца и затаённая в нём угроза - ну как устоять перед таким?

Только ради него тушью расцветали драконы на её спине

Гейша трепетала, испытывала душевный подьём от малейших знаков внимания. Да что там, она была взволнована каждый раз, когда суровый якудза посещал салон. И это было так глупо, учитывая, что первые годы вакагасахира чаще приходил за налогом на крышу, чем интересовался хозяйкой салона. Пришёл именно отдохнуть, но не заметил Тсу и позвал за стол другую девочку? Значит, будем делать вид, что держим себя в руках (но мы то знаем, как на самом деле героиня держала себя в руках).

В этой истории были и сомнения. И растерянность. И непонимание того, что происходит и какую же роль ей, Тсу, играть. И постоянный страх, что она может оттолкнуть интересного ей человека, вызвать в нём неприязнь или гнев, спровоцировать его. И дни, наполненные тоской о том, кто забыл дорогу в её дом. Всё это было. Было, было, да прошло... Однажды накатило спокойствие. Пришла уверенность в себе, но пришла она уже после того, как исчезли первые сильные чувства к Кирисиме.

Случилось это году эдак на 3-4. И всё, с тех пор гейша не только внешне была спокойна перед самым-желанным-клиентом, но и внутренне. И на этой почве распустились чудесные цветы. Потихоньку Тсу завоёвывала всё больше доверия. И не было в душе беспокойства, когда любовник завёл привычку хранить свои вещи в её тайнике.

А в день, когда Кирисима пришёл к ней в бордель отсыпаться - именно отсыпаться, а не развлекаться - она ощутила себя по-настоящему счастливой.

Как же так получилось, что всё это переросло в попытку предательства? А что вы ждёте от шлюхи? Как корабль назовёшь - так он и поплывёт. И нет той бабы, что не попыталась бы охмурить Минео, находясь на месте Тсубасы. Их нет, но каждая из нас станет утверждать обратное.


примечания и объяснения

вакагасахира - второй человек по статусу.
оябун/кумитё - первый человек.
группировка оябуна имеет несколько дочерних орг, которые и возглавляют ваки. Кирисима возглавлял дочернюю оргу своего оябуна.

Отредактировано Tsubasa (2017-12-20 12:20:39)

0

6

Она и правда сидела... сначала у окна, а затем, когда тело, гонимое утратой и страхом, более не смогло оставаться на месте - на подоконнике, лицом к дверному проёму. Наверное, ей на подсознательном уровне нужно было иметь возможность посмотреть назад, но посмотреть лишь единожды, чтобы раз и навсегда обрубить, отречься - она оставалась актрисой до последнего, даже когда из-за портьер не доносились звуки изнывающей от ожидания толпы зрителей.
Типичнейшим поведением, почерпнутым из любовных романов, женщина отдавала дань уважения. Жест был дешевым и наигранным, ровно как и романы, из которых он был перенят, но от того он не становился менее полезным -- за ночь Тсу успела пройти всю лестницу эмоций, начиная с отрицания и заканчивая приливом сил, решимости и желания сохранить за собой не только право на жизнь, но на жизнь комфортную, на жизнь в роли уважаемой мамы и женщины. А мы-то знаем, что достигает своих целей наша героиня не тогда, когда ее обуревают эмоции и чувства, а лишь после того, как она становится холодна и рассудительна. Потому, да, ночь у окна оказалась весьма и весьма продуктивной. 

Сжимающие объятия были крепкими, нерушимыми, а ласкающий меня язык - таким горячим... И во мне зародилась столь необходимая иллюзия. Я поверила, что в каюте его рук буду в безопасности, как бы не бушевал шторм.
А теперь ничего не осталось. Смысл последних 12 лет уместился в 10 газетных строчках. Враз обе руки свои разжал - из них я выпала монетой ржавою на помост. И сотни ног втаптывают в дорожную пыль то, чему, как казалось, не будет конца.
Можно сколько угодно сидеть и ждать, прислушиваться к звукам и высматривать его в ночи. Он не придёт. Он не вернётся, пусть даже из моей постели не выветрился его запах. Насчёт него у меня никаких надежд. Я достаточно познала, чтобы не верить в счастливые возвращения.
К чему это всё, даже не знаю. Взрослая и умная женщина, но ведь сижу и страдаю тут, размазываю сопли и жалею себя, словно я - ребёнок, которого поставили в угол, и он теперь боится, что ему не вернут назад любимую игрушку, ту, что защищала его в ночи от темноты и того, что скрывается в этой темноте. Глупость. Ушёл один - придёт другой. Такая малость, что после него ничего не осталось, что он ничего не приберёг для меня на подобный случай. Не приберёг - не уберёг. Видимо, не хотел. Ну не не успел же, правильно? Уж чего-чего, а времени у него было предостаточно. Двенадцать лет ни две недели.
Если бы действительно считал своей женщиной, то защитил бы. Но он не защитил, а раз так, то я имею полное право сделать то, что собираюсь.
Хочу задеть его. Хочу причинить боль.
... Я всего лишь хотела, чтобы он остался рядом со мной. Не привязать к себе, не стать единственной - было бы безумием надеяться на это. Мне нужно было только, чтобы он был рядом, но его больше нет.

Под утро Тсубаса нашла то, что искала: оправдание себе. Обвинив в предательстве своего мужчину, изобличив его в равнодушии к судьбе любовницы и изгадив образ в собственной памяти, женщина выдала себе карт бланш на любые слова и действия. Теперь ей ничего не мешало "подготовиться получше". Даже наоборот, героиню подстёгивало желание замарать прошлое и себя ещё сильнее. Пасть так глубоко, чтобы даже рыбаки не смогли дотянуться до её тела.

***

Место действия: офис Доосинкай. Первая встреча: продолжение. Круг замкнулся

Тсубасе был знаком типаж Минео. Такие клиенты, как он, портили атмосферу в её заведении. Каждый их приход ознаменовывался головной болью. Но раньше у Тсу была защита от проблемных посетителей: Кирисима не давал в обиду свою женщину. Со смертью гангстера ушло многое. В том числе и возможность оградиться от неприятных личностей - редчайшая возможность для гейши.

Его хриплый голос, привычка говорить, слегка наклоняя голову в сторону, парфюм с табачными и кожаными нотами - Тсубаса находила всё это отталкивающим. И это было достаточно странно, учитывая вкусовые пристрастия мамы. Женщина любила запах сигарет на мужских пальцах, от чего ж тогда ей был не мил одеколон Минео?

Если претензия к личности ещё была обоснована - да, мужчина на белом диване действительно часто приносил беды и раздоры, - то в плане парфюма логики можно было не искать. Просто утренний запал героини потихоньку подвыветрился к моменту её приезда в офис группировки, и в подсознании Тсубасы опять появились лишние штрихи - у эмоциональных барышень всегда подготовка насмарку.

--- потом закончу

Отредактировано Tsubasa (2017-12-21 06:30:22)

0


Вы здесь » Naruto: Point of no Return » Личные эпизоды » Враги ли для нас конкуренты?